Гибридная угроза, часть 1-я.

Категория: Теория войны

На этом занятии я расскажу вам о характере изменения военных угроз на основе изменения в операционной среде. Военные действия происходят в сложных рамках экологических факторов, которые формируют их характер и влияют на результаты. Такого рода операции требуют командиров, которые понимают стратегические и оперативные условия, а также их актуальность при выполнении каждой миссии. Насколько важны элементы операционной среды, так и военная сила проводит свои операции.

Операционная среда представляет собой совокупность условий обстоятельств и факторов, которые влияют на действие возможностей и своей тяжестью давят на решение командира. Эти условия, обстоятельства и факторы включают в себя все составляющие возможности и ресурсы: врагов, противников, друзей и нейтральных систем по всему спектру конфликта.

Они также включают в себя понимание физической среды, состояние систем управления, технологий, местных ресурсов и культуру местного населения. Операционная среда это влияние семи взаимозависимых операционных переменных: политических, военных, экономических, социальных, информационных, инфраструктурных и физической среды. Более подробно о влияниях семи взаимосвязанным переменным будет посвящено одно из следующих занятий.

Современная операционная среда характеризуется гибридными угрозами: комбинациями регулярных и иррегулярных действий, терроризма и преступных децентрализованных групп, которые действуют совместно, и которые обладают возможностями, ранее обладавшими как у национального государства. Эти гибридные угрозы создают конкурентную среду для безопасности каждого человека, и именно к этим угрозам нужно подготавливаться.

Традиционные и гибридные угрозы.

Гибридная угроза, часть 1-я.

Но прежде чем перейти к гибридной угрозе, я несколько подробно остановлюсь на обычных угрозах, предшествующим гибридным.
Угрозы от национального государства, организации людей или групп, создающие условия, которые могут повредить или уничтожить жизнь, жизненные ресурсы или учреждения, государства, нации. Транснациональные игроки и негосударственные субъекты будут продолжать бросать вызовы и предопределять глобальное распределение власти, а также влиять на суверенитет и характер войны.

Примером такой угрозы является вмешательство России в проходящую гражданскую войну в Сирии. Вмешательство связано только с тем, чтобы не допустить строительства газопровода от Саудовской Аравии через территорию Сирии для Европы. При этом так называемое политическое руководство России совершенно не интересует режим Асада.

Традиционные угрозы выдвигаются государствами, использующими признанные возможности военной силы в понятных формах военного соперничества и конфликта. В настоящее время статус стран, обладавших выдающимся обычным и ядерным оружием в мире, не гарантируется постоянством. Многие народы поддерживают мощные обычные вооруженные силы, и не все они дружелюбны к западному пространству. Некоторые потенциально опасные противники обладают оружием массового уничтожения.

Хотя эти противники не могут открыто стремиться к вооруженному противостоянию и стремятся активно избегать воздействия западной военной силы, их действия могут спровоцировать локальные конфликты, и они угрожают интересам других стран. Примером этому является заявление Путина о том, что он якобы был готов применить ядерное оружие при захвате Крыма.

Нерегулярные угрозы, в частности связанные с противниками, используют нетрадиционные ассиметричные методы и средства для борьбы с традиционными военными преимуществами. Слабый враг часто использует нерегулярную военную силу для исчерпания коллективной воли своего противника через затянувшийся конфликт. Экономические, политические, информационные и культурные инициативы как правило сопровождают и даже могут быть главными средствами нерегулярных нападений на западное влияние.

Гибридная война в Украине.

Гибридная угроза, часть 1-я.

Примером этому является военные действия России в Украине, а также так называемое народное ополчение Донбасса. Катастрофические угрозы включают приобретение, владение и использование химического, биологического и ядерного оружия, также называемое оружием массового уничтожения. Владение этим оружием дает врагу потенциал внезапных и катастрофических последствий. Распространение соответствующих технологий сделало эту угрозу более вероятной чем в прошлом.

Противники стремятся воспрепятствовать западным силам проникнуть в любую область кризиса. Если эта сила успешно проникает, противники часто вовлекают ее в условия сложной местности или городских условий, считая что этим самым они создают преимущество себе. Методы, используемые противниками включают использование своей силы в небольших мобильных боевых группах, объединяющихся только тогда, когда требуется воздействовать на общую цель. А в повседневной жизни они становятся невидимыми, гармонирующими с местным населением.

Экстремистские организации, например так называемое народное ополчение Донбасса используют государственные средства массовой информации, технологии и свое положение в путинском государстве, а также политическую, военную и социальную инфраструктуру  в своих интересах. Операции этого ополчения становятся более изощренными и комбинируют традиционными, нетрадиционными, нерегулярными тактиками, а также криминалом. Все это направлено на создание условий нестабильности к отторжению законной власти от населения и использование глобальных сетей для расширения своих локальных операций.

Гибридная угроза, часть 1-я.

Это происходило и происходит на востоке Украины с 2014 года с началом развития военного конфликта, развязанного путинской Россией. Будущие военные конфликты будут гораздо более вероятно происходить в народе вместо тех что были ранее, проходивших вокруг народа. Враги используют население в качестве защиты и убежища. Они используют население в качестве защиты от проверенных атак и обнаружения средствами вооруженных сил запада. Война остается борьбой желаний и конкурсом за господство над людьми. Существенней борьба будущего конфликта будет происходить там, где живут люди и потребует от всех нас господства безопасности среди населения.

Термин "гибридная угроза" с 2014 года эволюционировал, чтобы захватить, казалось бы повышенную сложность операций и множественность участвующих субъектов. В то время как существование данной инновации врагов не ново, сегодняшние гибридные угрозы требуют, чтобы современные войска готовились к целому ряду возможных угроз одновременно. Условия, связанные с постоянным конфликтом могут образовать очень способную гибридную угрозу.

Гибридная угроза представляет собой разнообразные и динамические сочетания регулярных сил, иррегулярных (то есть нерегулярных) сил, криминальных элементов, для достижения взаимовыгодного извлечение эффекта преимуществ. Гибридные угрозы сочетают регулярные войска, регулируемые международным правом, военными традициями, и обычаями с нерегулируемыми иррегулярными силами, которые действуют без каких-либо ограничений на насилие при достижении своих целей.

Эти силы могут включать боевиков, террористов, партизан и преступников. Такие силы объединяют свои способности в использовании между регулярной и нерегулярной тактикой и оружием. Ярким примером этому является, так называемое «народное ополчение Донбасса», которое представляет собой сочетание руководящего состава от ФСБ и администрации президента РФ, подразделений и частей российской армии, а также криминальных групп ранее находящихся под контролем МВД и ФСБ РФ...

Соответствующими являются и изменения в тактике действий гибридной угрозы, наблюдаемой в ходе развивающегося конфликта на юго-востоке Украины. С декабря 2014 года российское командование вместо использования батальонных тактических групп - это российский аналог американского термина join task force - образованных из одной бригады или дивизии, создает специальные формирования, которые объединяют отряды из разных частей. Тогда как командный состав регулярной российской военщины в настоящее время находится в исключительно командной роли, а также в качестве специалистов экипажей в работе на наиболее сложном оборудовании.

Например во время февральских боев 2015 года на северном участке фронта были выявлены следующие изменения в характере организаций комбинированных формирований. Подразделения 8 и 18 мотострелковых бригад 45 полка ВДВ и подразделения 232 ракетной бригады принимали участие в битве под Дебальцево. В тоже время как большая часть подразделений 8 мотострелковой бригады были развернуты в рамках единого формирования от нее для поддержки 5 танковой бригады в районе Горловки.

Комбинированное формирование из подразделений 27 мотострелковой бригады и 217 парашютно-десантного полка заменили такое же комбинированное формирование из подразделений 136 мотострелковой бригады и 45 полка ВДВ, которые должны были закрывать дебальцевский коридор. Но выполнить эту задачу не смогли, понеся большие потери в людях. Кроме того, создавая эти формирования из так называемых профессионалов, то есть из ничего не подозревающих призывников, является еще одним ключевым показателем того, что в российской армии существует нехватка обученного персонала. Такая деятельность не поддерживает и без того низкий моральных дух российских войск.

Еще одним примером методов, известных с Первой Мировой Войны российской армии, является развертывание российским министерством внутренних дел подразделений дивизии имени Дзержинского в роли заградительных отрядов, предназначенных для прекращения отступления, выставляемых в тылу подразделений как ополченцев, так и

Метки к статье: гибридная война

Назад Вперед

Узнавайте о Новых статьях по почте:

Добавление комментария
Имя:*
E-Mail:
Введите код: *
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Если вы заметили грамматическую ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой, нажмите Cntrl+Enter и отправьте комментарий администратору сайта.

Наверх